Памяти друга. В Белграде скончался Борислав Милошевич

СМИ принесли печальную весть — ночью 29 января на 77-м году жизни скончался известный политический и общественный деятель, бывший посол Югославии и Сербии в России Борислав Милошевич.

Когда прочитал эту новость — перехватило дыхание. Я знал, что он болеет, что лечится в белградском госпитале, но не предполагал, что смерть так близко. Ведь он выглядел как настоящий славянский богатырь, и, казалось, проживет еще не один десяток лет.

28 декабря я получил от Борислава Милошевича по электронной почте поздравление с новым годом: «Уважаемый Товарищ Степанов, от души поздравляю Вас с наступающим новым годом и желаю Вам всяческих творческих успехов в новом 2013 году. Ваш друг Борислав Милошевич (я лечусь в Белграде)». Знакомый слегка ироничный стиль — «Товарищ Степанов»… Горько и стыдно, что я не ответил ему. Хотел написать обстоятельное письмо, поддержать добрым словом, но замотался, забыл… И не написал никакого ответа. Простите меня, господин Борислав.

Я уже не помню, как мы впервые познакомились, но как-то сразу возникла взаимная симпатия. У меня был, конечно, прагматический интерес, — я хотел, чтобы Борислав Милошевич давал нам интервью и комментировал события, связанные с Сербией. Для меня загадка, почему он отнесся ко мне и к «Русской линии» с доверием и сразу согласился.

Вообще, он был очень прост в общении. Несмотря на различие в возрасте (он все время подчеркивал, что я еще «молодой человек», хотя сам я себя таковым не чувствовал) и разный «политический вес», ведь Милошевич был настоящим «политическим тяжеловесом». Но при всей его простоте, в нем ощущался какой-то аристократический дух. Он умел (и я был свидетелем тому) несколькими фразами и взглядом поставить на место человека, пытающегося быть с ним запанибрата, но не имевшего к тому никаких оснований.

У него была удивительная память и редкий слух. Он всегда узнавал мой голос после первых слов телефонного приветствия, и мне никогда не доводилось представляться. При этом всегда точно называл меня по имени и отчеству, хотя я представляю, с каким количеством людей ему доводилось общаться. А я всегда обращался к нему не на русский манер — Борислав Светозарович, а на сербский — господин Борислав. И ему это явно было симпатично.

Борислав Милошевич был идейным социалистом, но это не создавало никаких препятствий к общению. Может быть, сказывалась выработанная годами дипломатической службы привычка больше слушать и меньше говорить, впрочем, я старался почаще послушать его мнение по различным политическим вопросам. Но у него были дружеские связи не только с лидерами компартии, но и представителями патриотического движения, далеко отстоящими от идей коммунизма, например, с К.Ф.Затулиным, С.Н.Бабуриным, Л.Г.Ивашовым, Л.П.Решетниковым, В.Н.Ганичевым и другими.

Помню удививший меня случай. Я никак не мог встретиться и записать интервью с епископом Антонием, представителем Сербского Патриархата в России, о чем как-то вскользь сказал Милошевичу при очередной встрече. К моему удивлению (он ведь социалист!), он тут же взял телефон и набрал номер владыки, и тот моментально ответил. Господин Борислав сказал: «Владыка, тут рядом со мной сидит мой друг (он всегда так меня называл) Анатолий Дмитриевич Степанов. Он хочет с Вами встретиться. Когда это можно сделать?» И епископ тут же назначил мне время аудиенции. Правда, интервью так и не дал, но это уже другая история.

Борислав Милошевич был внимательным читателем РНЛ, в чем я имел случай неоднократно убедиться. Наличие таких читателей требовало от нас высоко держать планку требований к текстам. Бывало, он обращал внимание на ошибки, но всегда это делал с неимоверным тактом.

Он очень любил Россию и русских, о чем не раз доводилось от него слышать. И он хорошо знал Россию, долго жил в Москве, бывал в других наших городах и весях. Но, тем не менее, он никак не мог смириться с бестолковщиной нашей повседневной жизни, например, с хамством водителей на дорогах. Он так искренне возмущался этим, что у меня невольно появлялась улыбка непонимания, ведь для нас это стало обыденностью.

Он все-таки был больше серб, чем русский. И символично, что Борислав Милошевич умер в Сербии. При прежней власти он не мог, да и не хотел ехать в Сербию. С приходом к власти Николича и Дачича изменилась ситуация, он смог поехать на лечение в Белград. Где и отошел ко Господу.

Упокой, Господи, душу раба Твоего Борислава и прости его согрешения вольные и невольные. Пусть земля ему будет пухом.

Приношу искренние соболезнования сыну господина Борислава Светозару Милошевичу, его супруге Миланке, всем его родным и близким.

Пойду в храм, закажу панихиду. И прошу всех помолиться о упокоении души этого славянского богатыря, доброго человека и искреннего друга России.

Главный редактор «Русской народной линии» Анатолий Степанов

Источник

30 января 2013 г.

 

Комментарии запрещены.


Управление
Сообщения на форуме
1917-2017
1917-2017
МОНЕТКА
Панславизм
Счетчик
Рейтинг@Mail.ru