Слободан Милошевич. In Memoriam

Убийство Слободана Милошевича 

10645267 583473245112902 8239797311735851849 n 1 300x168 Слободан Милошевич. In Memoriam«Сербский народ не сломлен, потому что не сломлен дух его героя»! 

А.Саубанов

Он был великим человеком. Они убили его в застенках международного Гаагского трибунала, но они не смогли победить его, сломить его дух.

Иисус Христос сказал:  «Говорю вам, друзья мои, не бойтесь людей, ведь они могут убить только тело, их власть ограничена этим; бойтесь унизить достоинство вашего духа, и тем самым, лишиться вечной жизни»…Слободан Милошевич своей борьбой, своей жизнью и своей смертью показал всему прогрессивному человечеству, что и один в поле воин, что и в тюремных застенках можно и нужно отстаивать свои убеждения и продолжать сражаться с врагами мира, с международным империализмом, с поджигателями войны, даже ценой своей жизни.

«Лежачего не бьют». Этот принцип был заложен у древних народов, которые в кровавых сражениях сохраняли жизнь поверженному врагу, оставляя себе взамен честь и человеческое достоинство. Этот же принцип заложен как инстинкт в животом мире, у хищников, которые в смертельных схватках оставляют жизнь, как наивысшую ценность природы, обессилившему врагу. А современное европейское общество 21 века, кичащееся своей цивилизованностью и «гуманностью», своей культурой, проявило неуважение к человеческой жизни, не нашло в себе чувства сострадания, чтобы отправить на лечение больного человека, узника  гаагской тюрьмы, бывшего президента Югославии Слободана Милошевича, и, тем самым, обрекло человека на смерть, что равнозначно преднамеренному убийству.

По информации из прессы, консилиум немецких врачей обследовал 4 ноября 2005 года С.Милошевича по поводу его жалоб на гипертоническую болезнь и пришел к заключению, что «подсудимый»  не может участвовать в процессе и нуждается, по крайней мере, в шестинедельном отдыхе. Однако Гаагский трибунал, оповещенный об этом, не прервал слушаний, что привело к ухудшению состояния Слободана Милошевича, который 16 ноября попросил прервать заседание. Консилиум обнародовал свое заключение и отметил античеловеческое поведение «гаагских судей».

Почему же Слободан Милошевич был убит в Гаагской тюрьме? Почему он не был отпущен на лечение в московскую клинику под гарантии российского государства или в любую другую специализированную клинику Европы?

Во-первых, на свободе Милошевич мог оставить письменные разоблачения о совершаемых преступлениях в стенах международного гаагского трибунала, о нарушении прав человека в застенках гаагской тюрьмы.

Во-вторых, Милошевич мог оставить письменные разоблачения демократической оппозиции Сербии, которая, под покровом ночи,  за спиной сербского народа за 30 сребреников выдала Слободана Милошевича его лютым врагам. Само насильственное перемещение лица за границу, под юрисдикцию иностранного государства, является международным преступлением, а потому, нынешняя политическая элита Сербии является криминальной, антисербской, антинациональной – марионетками международного капитала. История еще даст им свое определение…

Гаагский же трибунал показал всем народам, что гарантии России ничего не стоят, и что Россия не играет никакой роли в европейской политике. Убийство Слободана Милошевича в гаагской тюрьме дискредитировало и разоблачило Международный гаагский трибунал перед лицом мировой общественности, как неправовой и не моральный институт. «Я бы в Гаагу не отправила даже сербскую собаку, а не то, что бывших лидеров Сербии», — сказала корреспондентам телеканала «Евроньюз» простая сербская женщина.

Истинные международные преступники это те, кто отдавал в 1999 году приказы бомбить югославские города; это те, кто начал войну и оккупировал суверенные государства Афганистана и Ирака; это те, кто ограбил большую половину человечества, оставив ее на обочине цивилизации, обрекая на голод, холод и вымирание; это те, кто колонизировал Африку, Азию и Латинскую Америку, кто и сегодня по отношению к ним проводит неоколониальную империалистическую политику; это те, кто проводит политику угроз и шантажа; это те, кто вводит экономические и политические эмбарго по отношению к независимым суверенным государствам, это те, кто под видом контртеррористических операций, создает на территории Восточной Европы лагеря пыток, уничтожает инакомыслящих, проводит «зачистки» и физически уничтожает борцов за свободу и независимость. Вот кто является врагами всего человечества! Как сказал велики немецкий философ, «мир, который оставляет преступления безнаказанными, полагает эти преступления как право».

Мы прощаемся с великим гражданином. Мы приносим свои соболезнования родственникам и близким Слободана Милошевича. Мы склоняем головы перед памятью великого сына сербского народа, перед его мужеством,  несгибаемой волей, проявленной в борьбе с международным империализмом, в борьбе за отстаивание политических идеалов, за сохранение человеческого достоинства и национальной гордости, не сломленной современными варварами гаагского трибунала.

А.Вольный, Брюссель, 13 марта 2006 года

***

Гаага. Лагерь смерти
14.03.2006

Даже когда в переполненной российской электричке кому-то становится плохо, остервеневшие от толкотни, безденежья и безнадеги граждане расчистят место, извлекут из карманов или кошельков валидол, корвалол или валерьянку и помогут бедняге.

s2268915 232x300 Слободан Милошевич. In MemoriamЭто просто у нас в крови. В жилах у нас пока еще струится кровь, а не красная, синтетического происхождения жидкость как у европейцев. Они в очередной раз продемонстрировали это, хладнокровно убив Слободана Милошевича.

Нет, согласно результатам официальной экспертизы, Милошевич умер, можно сказать, сам, практически без посторонней помощи – от сердечного приступа. Однако, привыкнув к тому, что все, что связано с бывшим югославским лидером, обмазывалось толстым слоем вранья, мы и в этот раз, пожалуй, воздержимся от того, чтобы верить злобным европеоидам на слово.

Сергей Лавров заявил, что Россия имеет все основания не доверять результатам экспертизы о причинах смерти Милошевича и сообщил, что группа российских специалистов уже готовится к тому, чтобы срочно вылететь в Гаагу и проверить все самостоятельно. Глава российского внешнеполитического ведомства напомнил, что Россия была готова предоставить гарантии возвращения Слободана Милошевича в Гаагу после прохождения им лечения на российской территории, однако эти гарантии МТБЮ счел недостаточными. «По сути, России не поверили, – сказал Лавров, – и в ситуации, в которой нам не поверили, мы тоже имеем право не доверять».

Отравили Слобо или нет – гадать не будем. Очевидно одно: инициированный «защитниками гуманитарных прав» трехлетний процесс свел президента европейской страны в могилу. Милошевич, мужественно переживший и агрессию американских фашистов, и предательство соотечественников, когда его за паршивые сребреники сдали костлявой суке дель Понте, и издевательства гаагских вертухаев, требовал только одного – законного права любого человека получить квалифицированную, а не гаагскую медицинскую помощь. Он знал, что в его крови найдены следы лекарств от туберкулеза и проказы – болезней, которыми он не страдал, и опасался быть «залеченным» политически ангажированными врачами. Как оказалось, не напрасно. Остаться в живых узнику не позволили. К вящему возмущению кровожадной Карлы дель Понте, которая, по ее собственному признанию, «была разъярена, узнав об этой смерти» – как же, столько лет брызгала ядовитой желтой слюной, и все впустую! Не дал, мол, хитрый серб погреться старой женщине в лучах всеевропейской славы. Взял, да и умер – ну, чем не подлец и не преступник против человечности?

На самом деле зашедший в тупик процесс по делу Милошевича, продемонстрировавший всю гадость, безнравственность нового миропорядка заокеанских жлобов и их европейских шестерок, и должен был закончится гибелью Милошевича и петлей на шее Бабича. Не для того ли подтасововались факты, фабриковались подлоги, а сотни людей склонялись к лжесвидетельству? Одни «очевидцы» рассказывали о взорванных мечетях, которых, как потом оказывалось, никогда не существовало даже в проекте. Другие приносили в суд пробитые шапки – вот, мол, доказательство пулеметных обстрелов, шесть сербских пуль в голову вошло – еле-еле жив остался! И хоть бы постеснялся, морда, того факта, что у самого на башке ни шрама, ни царапинки!

Свидетельства же вполне уважаемых европейцев – сотрудников ОБСЕ, заявлявших, что в Косово и речи не было ни о какой «гуманитарной катастрофе» до начала натовских бомбардировок, немецких генералов, отвергавших существование пресловутого «Плана Подкова» – попросту игнорировались.

Сам Милошевич на судебных заседаниях выступал не столько с защитными, сколько с обвинительными речами, заявляя, что западные лидеры «обработали СМИ океаном лжи для того, чтобы оправдать агрессию НАТО 1999 года против суверенной Югославии», что натовская операция была в основном – и совершенно намеренно – направлена против гражданских целей («Союзники смогли уничтожить всего лишь семь танков. НАТО уничтожило гораздо больше больниц, чем танков!»). Не забывал сербский лидер и нет-нет, да подначить свою обвинительницу за ее тупость и необразованность. «Здесь говорится о границе между Косово и Сербией. Косово и есть Сербия, – учил Милошевич незнакомую с основами географии и международного права старую Карлу под одобрительный смех публичной трибуны. – Вы же не говорите, что Гаага граничит с Нидерландами!».

То, что балканская война велась Америкой исключительно против мирного населения – это почти не скрывают даже сами американцы. Собственно, чего им стесняться? Стоит ли считать потери среди этих «унтерменшей»-сербов, если на кону стоят так называемые «национальные интересы Соединенных Штатов Америки», которые, по слова бывшего помощника президента США по национальной безопасности Самуила Бергера, дают его стране право не сообразовываться с «суверенитетом и государственными границами других стран»? Страна-террорист совершенно не совестится использовать методы своих горячо любимых бен ладенов и басаевых: «Мы будем убивать ваше мирное население, пока вы не примете наших условий». И под красивые речи о недопустимости этнических чисток в течение семидесяти пяти дней охаживает реципиента своей ракетно-бомбовой дубиной. Пентагоновским «гуманитариям» не откажешь в избирательности: по какой-то непонятной причине они не бомбили ни турок, травящих курдов химическим оружием, ни хорватов, в 1992 и 1995 годах убивавших сербов десятками тысяч, ни самих албанцев, с нескрываемым удовольствием вырезающих сербов сегодня. Да и, честно говоря, а судьи-то кто? Те, кто до сентября 1945-го гноил в концлагерях «лиц японской национальности», независимо от гражданства, брошенных туда «абы что не вышло», кто без всякой военной необходимости сотни тысяч мирных жителей Дрездена и Мюнстера, Токио и Хиросимы.

Гниль натовской политики на Балканах сильнее всего воняет в косовском гнойнике. Надо только – Европа, ошалевшая от притока наркоты, открывает легальный канал дури, изгнав сербов с их исторической родины и заселив туда наркоторговцев албанского происхождения!

Вообще, то, что происходило на Балканах, на территории бывшей СФРЮ в девяностые годы минувшего столетия – это не просто, как объясняют многие политологи, следствие крушения крупнейшей в Европе (после СССР) многонациональной социалистической империи. Это была тщательно спланированная агрессия Запада с глубоко продуманными стратегией и тактикой развала сильного государства, проводившего независимую и от Западной Европы, и, во многом, от Москвы политику. В ход шло буквально все: от банального подкупа политиков, когда вдруг, как по мановению волшебной палочки, возникли всякие оппозиционные партии и как черти из табакерки полезли будущие палачи федеративной Югославии – до поддержки откровенных бандитов типа УЧК (армии освобождения Косова).

Конечно, сыграли свою роль и просчеты хорвата Тито, который (подобно безголовому Хрущеву, сдавшему Крым) кроил государство под себя и не предполагал, что невежественные, забитые албанцы или неведомые миру македонцы вдруг воспылают страстью к государственному строительству. Не удивительно, что после смерти диктатора все так быстро развалилось под точечными ударами враждебного Запада. А вспыхнувшая волна в Хорватии и Боснии была лишь следствием умело организованного поджога – когда не жалеют керосина, бикфордовых шнуров, тротила, загорится от ничтожной искорки. И полыхнуло так, что зарево пожара озарило пол-Европы.

Милошевич, к слову, как руководитель подоспел уже к шапочному разбору, когда пылало во всю. По сути дела, он оказался в положении хозяина избы в деревне, уже объятой пламенем. И ему ничего не оставалось делать, как спасать хотя бы свое жилище, не шибко заботясь о соседях. То, что приписывают Милошевичу амбициозные планы создания Великой Сербии за счет хорватских и мусульманских территорий – бред: даже на пике своей популярности Слобо такими силами уже не обладал. Поэтому Сербия и оказалась беззащитной перед всей мощью натовской армады.

Агрессия 1999 года была неизбежна. Вовсе не потому, что цивилизованные страны хотели спасти несчастных косоваров от этнических чисток режима Милошевича. Просто как раз в этом году в Европе появилась новая единая валюта, способная резко подорвать позиции доллара. Перевод валютных резервов в евро, переход на расчет в евро поставщиков энергоносителей и вооружения грозило вбросом в американскую экономику сотен миллиардов ничем не обеспеченных зеленых бумажек, а стало быть, чудовищной, еще не виданной историей инфляцией. По словам Михаила Делягина, вывод о том, что защиту доллара от евро может гарантировать только достаточно разрушительная и болезненная война в Европе, ведущаяся с активным участием европейских стран НАТО был сделан еще в конце 1998 года.

Именно за спасение доллара и отдали свои жизни тысячи ни в чем не повинных людей – сербов, черногорцев, албанцев, ставших жертвами варварских бомбардировок. Включив натовские рычаги, американцы вовлекли в войну против Югославии европейцев и добились того, чего хотели. А изрядно отупевшие за последние годы европеоиды, раскатившие было губу на возможность заработать на восстановлении Югославии, оказались в очередной раз жестоко одурачены. Как писал Максим Калашников, «гуманитарная напряженность и сотни тысяч беженцев, тесно соприкасавшихся у себя на родине с организованной преступностью и наркомафией, очаг долговременной напряженности и прекращение транзита грузов в центре Европы, резкое сокращение внешней торговли ряда стран, значительные разрушения, полное уничтожение всех видов инфраструктуры и комплексная экологическая катастрофа, колоссальные прямые убытки прилегающих стран (по оценкам, убытки Хорватии на начало июня составили 1 млрд. долларов, Венгрии – 700, а Румынии – 600 млн. долларов), – все это надежно дестабилизировало экономику Европы и ограничило потенциал евро на ближайшие годы статусом не более чем региональной валюты».

«Новый план Маршалла» для «освобожденной от тоталитаризма» Сербии и Черногории оказался чистой воды блефом. Американцы, развалив бомбами и ракетами югославскую экономику, и пальцем не шевельнули, чтобы восстановить ее. Никаких значительных инвестиций так и не поступило. Разгромленная страна, которая еще при Тито могла достойно конкурировать не только с государствами восточного блока, но и с западноевропейскими странами, оказалась отброшенной на десятилетия назад и превратилась ныне в экономические задворки Европы.
Слобо, как дальновидный политик, прекрасно понимал, что крупнейшую страну южных славян в покое не оставят. Так и произошло. Смерть Милошевича – это трагедия не только для Сербии, но и для России. Нам в очередной раз показали, что великая страна может утереться от пощечин лощеных подонков, хотя мы и председательствуем в этом году в «восьмерке». Да, когда гребаные «Стелсы» барражировали над Югославией и сбрасывали бомбы, Россия была слаба – у нее было слабое руководство, она еще никак не могла избавиться от интоксикации предательского демэлексира.

Мы сейчас сильнее, чем несколько лет назад. Но вот своего лучшего друга и союзника не спасли.

Источник

Наталия НАРОЧНИЦКАЯ

«СМЕРТЬ СЛОБОДАНА МИЛОШЕВИЧА — СЛЕДСТВИЕ ГРУБЕЙШЕГО НАРУШЕНИЯ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА»

— Наталия Алексеевна, как вы могли бы прокомментировать известия о смерти Слободана Милошевича?

— Меня потрясла эта смерть. Ведь я была знакома со Слободаном Милошевичем. Во время одного из своих приездов в Югославию я была на приеме и разговаривала с ним.

5885057 300x206 Слободан Милошевич. In MemoriamУ его личности очень драматичная судьба, в которой, словно в зеркале, отразилась драматическая судьба сербской нации в XX веке. Здесь и метания между соблазнами коммунизма и национальной идеей, и тиски между Западом и Востоком, и клещи мировой геополитики, и положение на Балканах… Тут и предательство сначала одних, а потом – других партнеров, вера в то, что он будет гарантом Дейтонских соглашений и будет сохранять важность для Запада. Впоследствии Запад предал его. Отчасти и мы его предали…

Но, все-таки, он умер неосужденным. Если мы оцениваем личность государственного деятеля, становится понятно, что не может быть политика без ошибок, без претензий к нему… Когда Милошевича выкрали, когда сербская нация (позорно, с моей точки зрения) сдала законно избранного президента для того, чтобы какой-то самопровозглашенный орган судил гражданина суверенной страны за действия, совершенные им в своей стране, по законам которой они не являются правонарушением. После такого самопредательства нации, она, конечно, сейчас сломлена.

Он повел себя очень достойно. С одной стороны, он смирился, но с другой его внутренняя воля была очень сильна. Он никогда не отступал от своей позиции, что он не признает законность этого трибунала. Он сам виртуозно вел свой процесс в качестве адвоката. Процесс рассыпался! И, честно говоря, в неофициальной обстановке я не раз предполагала, что инициаторам судилища над Милошевичам придется его уморить, т.к. они находятся в безвыходном положении. Процесс буксовал. Скоро должен был кончиться мандат на процесс. Было очевидно, что в этот раз подписать новый мандат Россия точно не согласится, так же, как и на продление мандата. Оправдать они его не могут, т.к. весь процесс задуман как обоснование агрессии НАТО против суверенного государства…

Я постоянно жила в страхе за жизнь Милошевича. Я согласна с братом Слободана Милошевича, Бориславом, в том, что доверять мнению врачей трибунала нельзя. Поэтому я считаю, что Россия могла бы выступить за то, чтобы независимая группа экспертов расследовала информацию о его смерти.

Последние события — это конец как политической карьеры Карлы дель Понте, так и самого трибунала. Обвинения не доказаны…

Милошевич действовал исключительно в интересах своей страны, что бы сейчас ни говорили о режиме Милошевича. Во время самого тяжелого периода я бывала в Югославии по нескольку раз в год. Югославия была одним большим открытым кафе… При этом элементы авторитаризма и клановости, конечно были. Но я ездила туда и под бомбы, во время американских бомбежек. То, что случилось в Югославии – живой укор России. Сразу после того, как рухнул СССР, Югославия стала защищаться. Распада Югославии не было бы и не случилось бы того, что случилось, если бы Россия была Россией в то время…

Как можно оценить смерть Слободана Милошевича с точки зрения соблюдения прав человека? Его, старика, тяжело больного , что было признано врачами, так и не выпустили на лечение в Россию, несмотря на предоставленные гарантии и его просьбы. Как такое положение вещей сочетается с популярными сейчас на Западе гуманистическими идеалми?

Как председатель Комиссии по соблюдению прав человека в зарубежных странах могут с полным основанием сказать, что это грубейшее нарушение прав человека, тех самых не отчуждаемых ни при каких обстоятельствах чисто гуманитарных прав, прав живого человека, в том числе – на медицинскую помощь! И это в тюрьме, которая считается образцовой, в центре цивилизованной Европы, которая позволяет себе ментерствовать и учительствовать в вопросах о правах человека! Это позор и стыд для Запада. Вопрос о том, как сложилась такая ситуация, надо ставить.

Вероятно, после смерти Милошевича на Западе будут продолжать придерживаться такой оценки событий в Югославии, согласно которой бомбежки и насилие было оправданным. Можем ли мы что-либо противопоставить этим идеям?

В России есть немало сил, которые пытались и тогда, и сейчас донести правду. Я помню, что, когда начали бомбить, у меня было ощущение такого отчаяния… Я чувствовала, будто дорогого мне человека оболгали, демонизировали, растоптали, осмеяли… А сейчас подвергают издевательствам и насилию, но ничего не возможно сделать. Это было ужасное ощущение.

Сейчас, посещая Совет Европы, я чувствую: как только заходит разговор о Югославии, немедленно начинается старая песня о том, что во всем виноват режим Милошевича. Когда в марте прошлого года в Косово были ужасные события, когда сербов буквально гнали оттуда, было ощущение, что в цивилизованной и сытой Европе, которая кичится своими правами и правами человека, не замечают этого! А ведь там буквально бежали янычары, от которых с воем и воплями убегали женщины… После попыток поставить этот вопрос, мы немедленно ощутили противодействие со стороны представителя Великобритании. Он по новой начал поносить режим Милошевича, хотя его давно не было.

Я не вижу никакого осознания в Европе. Она даже не хочет признать, что своими рукам и взрастила воинствующее мусульманское государство в центре Европы, что террористические группировки и боевики, которые там есть, сейчас становятся премьер-министрами, что этот терроризм проявляется в самой опасной форме – терроризм в сфере изменения границ. Но признать это равносильно признанию краха стройной западной концепции в отношении Югославии, лишить всяких оправданий. А ведь это была агрессия стран НАТО против государства-подписанта ОБСЕ, против одной из стран-основательниц Объединенных наций.

Я считаю, что наши политологи, особенно – политологи либерального толка, тоже предпочитают забыть об этом событии. Но, на самом деле, бомбардировки Югославии ознаменовали конец эпохи действия международного права. Государственный статус нации был поставлен под вопрос, в том числе – вопрос у ее суверенности. После этого в мировое сознание, науку и право стали вбрасываться идеи о том, что все замечательно и правильно, что все находится в полном соответствии с законами, а на вооружение Западом взята чуть ли не доктрина Брежнева.

Международное право со времен Вестфальского мира зиждется на суверенности государств. И внутренняя политика относится к сфере внутригосударственной деятельности, а внешнее давление может проявляться лишь в соответствии с нормами международного права. Все это было попрано. Начался новый этап…

Россия тоже сыграла в этом неправильную роль. Вспомним нашу пораженческую политику, нас все время втягивали в такие различные механизмы с единственной целью — чтобы мы все отдавали. Мы потеряли ту роль на Балканах, которая у нас веками там была… Были утрачены и позиции, и влияние. Восстановить все это будет очень трудно. Но, может быть, это и для нас будет уроком?..

— Так скажите, пожалуйста, Наталия Алексеевна, можно ли сказать, что Россия потеряла Югославию как территорию своего геополитического влияния?

— Честно говоря, я не могу сказать с уверенностью, что Югославия была территорией, находящейся под однозначным влиянием России. Тем не менее, то, что оно там было – это факт. И Россия, безусловно, в 1990-е годы была вытеснена с Балкан. Сама внешняя политика страны этому способствовала. А Балканы по-прежнему сохраняют свою роль. Это место крайне высокой стратегической важности, где все время решается что-то всемирно-историческое. От того, какую позицию займут небольшие народы бывшей Югославии, на кого они будут ориентироваться, сразу меняет соотношение сил в стратегическом районе, районе проливов. Не случайно сейчас Косово под контролем НАТО.

Особенно трагичной предстает сейчас судьба сербской нации. 150 лет истории практически разбиты. Косово, которое в 15 веке называли «старой Сербией», могут оторвать от Сербии нынешней. А ведь это колыбель сербской государственности, древняя держава Немановичей, родина святого Саввы Сербского. Это то же, что Москва или Куликово поле для России. Если отделят и Черногорию, сербы окажутся без выхода к морю. Расчлененным на несколько государств сербским народам никогда не дадут объединиться. Дальше могут начаться проблемы и в Воеводине… В свое время балканские играли как никогда большую роль в мировой политике, сейчас же они оказываются фрагментированы, раскачаны в своем этническом неравновесии. Что будет дальше?!… Они могут стать этническим материалом для проектов других.

Драматическая судьба Слободана Милошевича заставляет еще раз подумать об этом. Но я не сомневаюсь, что со временем он станет героем для сербов. Он не безгрешен, но его историческая судьба очень яркая. Годы заточения и то достоинство, с которым он их принял, то, как он себя вел и как защищался, не может не вызывать уважения.

Беседовал Apтeмий Пyшкapeв

Город живых

Оставить комментарий


Управление
Свежие комментарии
Сообщения на форуме
Счетчик
Рейтинг@Mail.ru