Как делаются перевороты: Югославия 2000 год.

Переворот в Югославии стал типичной операцией по свержению главы иностранного государства не через открытые силовые действия, а с помощью современных избирательных технологий. Ведь всегда предпочтительней не прямое вооруженное вмешательство, а скрытое стимулирование условий «народного волеизъявления». В специальной директиве ЦРУ США, разработанной в конце 1990-х годов, это звучит так: «целенаправленное создание негосударственных оппозиционных объединений в виде различного рода организованных общественных групп давления на правительства».


Долгие десять лет Запад яростно пытался подчинить себе Югославию. Использовались любые средства: поддержка вооруженных сепаратистов, жестокие санкции, 78-дневная бомбардировка с последующей оккупацией Косово. Югославская федерация выдержала все это, но западные секретные операции в конце концов привели ее к катастрофе.

План свержения правительства Югославии начал осуществляться администрацией президента Клинтона в ноябре 1998 года. Вначале он сосредотачивался на поддержке сепаратистов в Черногории и правой оппозиции в Сербии. Через несколько месяцев, когда натовские бомбы уже падали на Югославию, Клинтон подписал секретную инструкцию для ЦРУ. Задача — в кратчайшие сроки свергнуть правительство Милошевича. ЦРУ должно было скрытно финансировать оппозиционные группы и вербовку изменников в югославском правительстве и армии. Вербовка в полиции и армии принесла плоды через два года, когда изменники-полицейские помогли толпе, напавшей на федеральный парламент.

План состоял из нескольких частей:
— Физическое устранение «ненужных» сербских лидеров.
— Отделение Черногории от Югославии.
— Создание и «взращивание» сербских политических движений, оппозиционных режиму Милошевича.

Политические покушения стали важным оружием в арсенале Запада. 8 июля 1999 года США и Великобритания объявили, что спецкоманды тренировались для операций по захвату так называемых военных преступников и президента Слободана Милошевича. В поощрение наемникам Госдепартамент США также объявил награду в 5 миллионов долларов за президента Милошевича. Несколько членов югославского правительства и известных фигур, которые были известны своими антизападными настроениями, включая министра обороны Павле Булатовича, были застрелены. Большая часть из этих преступлений осталась нераскрытой, наемные убийцы сумели скрыться.

Горан Зугич, советник по вопросам безопасности просепаратистского президента Черногории Мило Джукановича, был убит 31 мая 2000 года. Убийца сбежал, что дало возможность западным лидерам обвинить президента Милошевича. Это произошло всего за неделю до выборов в Черногории, когда выиграть от этого убийства могли только противники Милошевича, т.к. мнение общественности после этого могло измениться только в пользу сепаратистов. Через несколько дней после убийства югославский министр информации Горан Матич на пресс-конференции обвинил ЦРУ в соучастии. Он продемонстрировал пленку с записью двух телефонных разговоров между главой американской миссии в Дубровнике Сином Бернсом, чиновником Госдепа Джеймсом Своггертом, Габриэлем Эскобаром из американской экономической группы в Черногории и Полом Дэвисом из американского Агенства международного развития. Отрывки из разговоров, записанные через 20 минут после убийства и потом спустя еще три часа, включали замечания: «Это было профессионально» и «Миссия выполнена». Западными СМИ эта пресс-конференция была полностью проигнорирована.

Первый ставший известным западный план покушения на президента Милошевича был составлен в 1992 году. Ричард Томлинсон, бывший сотрудник британской Ми-6 позднее обнародовал этот план. Его задание в Ми-6 было проводить секретные операции в Восточной Европе под видом бизнесмена или журналиста. Томлинсон часто встречался со сотрудником Ми-6 Ником Фишвиком. Во время одной из их встреч Фишвик показал Томлинсону документ, озаглавленный «Необходимость убийства президента Сербии Милошевича». Для этого были предложенны 3 способа. Первый, вспоминает Томлинсон, «был вооружить и обучить группу сербских оппозиционеров», что дало бы возможность все отрицать, но сомнительные шансы на успех. Второй предполагал использование специального отделения британских САС (спецальных воздушных десантников) для убийства или «взрывом, или снайперским выстрелом». Фишвик считал это более надежным, но труднее скрываемым. Третий способ – «организованная автокатастрофа». Семь лет спустя, 3 октября 1999, третий способ был использован против лидера Сербского Движения Обновления Вука Драшковича, когда в его автомобиль врезался грузовик с песком, убив всех пассажиров, кроме самого Драшковича. Темпераментный Драшкович был главной причиной раздробленности правой оппозиции, подрывающей усилия Вашингтона сформировать единую оппозицию.

Второй пункт стратегического плана (отделение Черногории) пошел по испытанному сценарию растаскивания. Югославии по кусочкам. Пути двух югославских республик круто разошлись. Только Сербия стояла на пути западного плана включения Балкан в экономическую модель, подчиняющую экономику региона интересам транснациональных корпораций. Экономика Сербии была в значительной части социалистической, с общественной собственностью на крупные и средние предприятия

С другой стороны, Черногория приняла программу полного подчинения своей экономики Западу. В ноябре 1999 года немецкая марка стала официальной валютой и были приняты законы, отменяющие общественную собственность. Через месяц несколько крупных компаний, включая Электрическую Компанию, Сельскохозяйственный комплекс имени 13-го июля, гостинично-туристическую фирму «Бока» и другие, были выставлены на продажу.

Джуканович непреклонно вел курс на выход из Югославии, дав понять, что он будет форсировать отделение, если президент Милошевич будет переизбран 24 сентября. В телефонном разговоре с Джукановичем в июле 2000 года Мадлен Олбрайт обещала дополнительные 16,5 миллионов долларов от США. В ту же неделю Джуканович сболтнул, что Черногория «больше не часть Югославии». Он также сделал ошеломляющее заявление, что он считает «первостепенно важным» для Черногории вступить в НАТО, организацию, которая бомбила его страну только год назад. Через месяц Олбрайт заявила, что они с Джукановичем «беседуют друг с другом и регулярно встречаются», и что «Соединенные Штаты поддерживают прогресс президента Джукановича в развитии демократии , а также в экономических реформах».

Западная поддержка отделению выходила далеко за рамки свиданий и бесед Олбрайт с Джукановичем. По результатам соцопросов, больше половины населения Черногории было против отделения, и любое движение в этом направлении могло иметь взрывоопасные последствия. Готовясь к разрыву, Джуканович набрал более чем двадцатитысяную частную армию, «Специальную полицию», включающую части с противотанковым вооружением и пушки. Источники в Черногории раскрыли, что западный спецназ муштрует личную армию Джукановича. Перед выборами Джуканович потребовал от НАТО установить «воздушный щит над Югославией». Один из участников спецполиции, Велибор, признал, что их готовили английские САС (спецназ). «Если ситуация потребует решить дело оружием, мы готовы», сказал он. «Мы тренированы для этого».

Кровавый конфликт в Черногории предоставил бы НАТО предлог для вторжения. Уже в октябре 1999 года, генерал Уэсли Кларк составил планы интервеции НАТО в Черногории. 2000 морских пехотинцев на амфибиях должны были штурмовать порт Бар и закрепится там , создав плацдарм для дальнейшего продвижения. Войска на вертолетах должны были захватить аэропорт в Подгорице, пока самолеты НАТО бомбили бы и обстреливали сопротивляющиеся югославские войска. Официальные лица США заявили, что другие страны Запада также составили планы вторжения. Ричард Холбрук, американский посол при ООН заявил: «Мы в постоянном контакте с руководством Черногории» и предупредил, что конфликт в Черногории: «затрагивал бы жизненные интересы НАТО». ) Генсек НАТО Джордж Робертсон был еще откровеннее: «Я говорю Милошевичу: берегись, смотри, что случилось прошлый раз, когда ты просчитался…»

Но на самом деле США нужна была вся Югославия, а не просто еще кусочек. Госсекретарь Мадлен Олбрайт ожидала и требовала уличных демонстраций для свержения правительства, если результаты выборов не удовлетворят ее. На встрече в Банья Лука весной 2000 года Олбрайт выразила разочарование провалом прошлых попыток свергнуть законно избранное югославское правительство. Олбрайт сказала, что она надеялась, что санкции вынудят людей «обвинять Милошевича за их страдания». Раздраженная Олбрайт удивлялась: «что удерживает народ от уличных выступлений?» Указав, что США ищут предлога для вторжения, она добавила: «Что-то должно произойти в Сербии, чтобы Запад мог бы это поддержать».

Поэтому основная ставка была сделана на предстоящие выборы. Американские и западноевропейские деньги направлялись в правые оппозиционные партии и СМИ через такие организации, как Национальный фонд поддержки демократии и Соросовский Институт открытого общества. Национальная демократическая организация (NDI) – еще одна из множества получастных организаций, которые ведут активную деятельность в Восточной Европе. NDI открыла отделение в Белграде в 1997 году, надеясь извлечь выгоду из попыток оппозиции заставить правитнльство уйти в отставку путем уличных демонстраций. К 1999 году NDI уже обучила свыше 900 лидеров и активистов правых партий «предвыборной стратегии и умению привлекать широкое внимание». NDI также заявила что помогла оппозиции «организационной подготовкой и советами по созданию коалиции».

В югославском перевороте также была прямо задействована другая «общественная» организация — Международный республиканский институт (IRI). Если NDI делал ставку на работу с сербскими оппозиционными партиями, то IRI был занят в основном движением, которое составило «пушечное мясо» будущего переворота в Белграде — студенческим движением «Отпор».

(Примечание:сегодня как NDI, так и IRI активно действуют во многих постсоветских государствах, в частности — на Украине и в Молдове)

Новый Сербский Форум, фактически созданный британскими спецслужбами, регулярно привозил сербских специалистов и ученых в Венгрию для бесед с английскими и центральноевропейскими «экспертами». Цель этих встреч была «создать планы для после-Милошевичевского общества». Форум выпускал отчеты для подготовки «плана действий» будущего прозападного правительства. Обсуждались вопросы приватизации и экономической стабилизации. Форум призывал к «реинтеграции Югославии в европейскую семью», в переводе на обычный язык – к разрушенюе социалистической экономики и отдаче ее в руки западных корпораций

Западные лидеры стремились установить марионеточное правительство в Белграде и надеялись на раздробленные правооппозиционные партии Сербии. В 1999 году американские официальные лица подстрекали эти партии организовывать массовые демонстрации, чтобы свергнуть правительство, но митинги быстро выдохлись.

Когда федеральные и местные выборы были объявлены 24 июля 2000 года, американские и западноевропейские чиновники встретились с лидерами сербских оппозиционных партий, подталкивая их к объединению вокруг одного кандидата в президенты. Оппозиционный кандидат в президенты, Воислав Коштуница, был на самом деле отобран не сербами, а американцами, когда проведенные ими социологические опросы показали, что он — единственный кандидат, способный получить достаточно голосов для победы.

В начале августа 2000 года, США открыли специальное бюро в Будапеште для помощи оппозиционным партиям Югославии. Среди сотрудников были по крайней мере 30 специалистов по психологической войне, многие из них участвовали ранее в такого рода операциях во время войны НАТО против Югославии и против Ирака во время Войны в Персидском заливе.

Члены оппозиционной студенческой группы «Отпор» были приглашены на десятидневные курсы с 28 августа, и еще раз с 11 сентября в американских посольствах в Болгарии и Румынии. Курсы под руководством агентов ЦРУ и специалистов по пропаганде были посвящены полит- и имиджтехнологиям.

В Болгарии финансируемая Западом Политическая Академия Центральной и Юго-Восточной Европы учредила программу для подготовки сербской оппозиции. Академия была связана с Демократической парией Сербии Воислава Коштуницы, «Отпором» и разными оппозиционными группами. Еще одна финансируемая Западом болгарская организация – Балканская Академия старших репортеров, предоставляла «финансовую, техническую и экспертную помощь» югославским оппозиционным СМИ перед выборами

Две организации, принадлежащие к Национальному фонду поддержки демократии: Национальная демократическая организация и Международная республиканская организация, выделили 4 миллиона долларов для программ «от двери к двери» и «добудь голос». Американские официальные лица убеждали оппозиционные СМИ «не беспокоится о том, сколько они тратят», потому, что еще больше на подходе. Сразу после выборов американский конгресс открытым голосованием утвердил дополнительные 105 миллионов долларов для югославских правых партий и СМИ. Организации вроде Международной республиканской организации и Агенства международного развития отстегнули несколько миллионов долларов «Отпору», превратив маленькую оппозиционную студенческую группу в серьезную политическую силу. К моменту объявления даты выборов, Отпор уже напечатал свыше 60 тонн агитационных материалов.

За неделю до выборов Евросоюз выпустил «Послание к сербскому народу» в котором провозгласил, что победа оппозиционного кандидата Воислава Коштуницы приведет к снятию санкций. «Даже если Милошевич вернется демократическим путем», заявил чиновник Евросоюза, санкции останутся в силе. Это был мощный фактор психологического давления на жителей Югославии, обнищавших и разоренных войной и годами экономических санкций. По сути дела, это был прямой шантаж избирателей накануне выборов:сербам напрямую дали понять, что их ожидает в случае «неправильного» голосования. К тому же, проиграв войну, многие сербы пересмотрели свое отношение к Милошевичу. Во вчерашнем «отце нации» они увидели идеального кандидата на роль универсального козла отпущения.

Представитель госдепартамента США Вильям Монтгомери заметил: «Редко так много огня, энергии, энтузиазма, денег – всего, что угодно, вкладывалось во что-то, как в Сербию перед уходом Милошевича».

Еще до выборов западные чиновники обвиняли югославское правительство в выборном мошенничестве, сея семена раскола. В день выборов и последующие дни коалиционная Демократическая оппозиция Сербии (ДОС) объявила о победе своего кандидата. Американцы подстрекали оппозицию призывать к массовым демонстрациям, даже до объявления официальных результатов.

Но вопреки утверждениям западных СМИ, официальные итоги выборов были опубликованы и доступны в Югославии. Воислав Коштуница победил, набрав 48% голосов, немного не дотянув до 50%, необходимых для победы в первом туре. Президент Милошевич отстал от него, получив 38,62%. Второй тур был назначен на 8 октября.

Свыше 200 международных наблюдателей проверяли ход выборов. Они присутствовали на всех его стадиях, включая подсчет голосов и уточнение результатов. Один из наблюдателей, греческий министр иностранных дел Карлос Папоулиас, сделал заключение: «Заявления о повсеместном мошенничестве, такие как (главы иностранных дел Евросоюза) Хавьера Соланы, оказались ложными», и выборы были проведены «безупречно».

Учитывая решающий перевес Коштуницы в первом туре, его победа 8 октября была почти предопределена. Тем не менее Коштуница отказался участвовать во втором туре. Ставка была сделана на массовые антиправительственные выступления и свержение югославского правительства. Причины, по которым Коштуница не захотел придти к власти законным путем, были очевидными. В результате выборов левая коалиция получила 74 их 137 мест в Палате Граждан и 26 из 40 мест в Палате Республик. Возглавляемая левыми коалиция уже имела большинство в сербском парламенте, выборы в который должны были пройти в следующем году. Это делало невозможным для ДОС осуществить свою программу, так как полномочия президента довольно ограничены. Только государственный переворот позволил бы ДОС обойти законные ограничения, смести правительство и править без оппозиции.

Руководитель избирательной кампании Коштуницы, Зоран Джинджич, призвал к всеобщей забастовке. «Мы должны стараться парализовать все учреждения, школы, театры, кинотеатры, конторы», и «призвать всех выйти на улицы».

Сторонники ДОС по всей стране последовали призыву. Югославская экономика была парализована. Массовые демонстрации охватили всю Сербию. Любимый план Мадлен Олбрайт стал реальностью, когда демонстранты потребовали отставки правительства. Источники в оппозиции утверждали, что целых 10000 их вооруженных сторонников приняли участие в заключительной массовой демонстрации в Белграде.

Нападением на Федеральный парламент и сербское Радиотелевидение руководили специально обученные отряды бывших солдат. Нападающие сбросили с крыши телецентра спутниковую антенну. Все три государственных телеканала Сербии прекратили работу. Возглавлял нападение Велимир Илич, оппозиционный мэр Чачака. «Наши действия были спланированы заранее», объяснил он позднее. «Наша цель была вполне ясна — захватить контроль над главными учреждениями режима, включая парламент и телевещание.» Илич также заранее договорился с полицейскими-перебежчиками, которые помогли солдатам.

Позднее аналитики отмечали хорошую организацию атаки. Возможно, что в ее планировании непосредственно участвовали специалисты ЦРУ. После того, как вооруженные отряды силой вторглись в Федеральный парламент, за ними последовала пьяная толпа сторонников ДОС, которые бесчинствовали в здании, ломали мебель и компьютеры и подожгли парламент. На улицах избивали полицейских и пьяные банды, многие с оружием, заполнили улицы. Машины скорой помощи, везшие раненых полицейских, были остановлены активистами ДОС, требовавшими, чтобы им выдали раненых. После захвата телецентра он также был подожжен.

К вечеру 5-го октября число демонстрантов в центре Белграда достигло 500 тысяч. Они захватили здание парламента – Скупщины Югославии, телецентр, полицейский участок в центре города, и, по некоторым сведениям, здание министерства внутренних дел. Прибывшего на митинг Коштуницу представили как нового президента Югославии. Да и сам он себя, по некоторым данным, провозгласил законным президентом. Коштуница сказал, что «Сербия отныне снова является частью Европы». Он призвал западные страны немедленно снять санкции с Югославии, потому что она отныне снова является демократическим свободным государством. «Мы призываем всех мирно признать результаты выборов, мы призываем военных и полицию сделать все, чтобы обеспечить мирную передачу власти», — заявил Коштуница. Далее он сказал следующее: «Сегодня мы делаем историю. И с Милошевичем никого не осталось. И нам не нужны ни Москва, ни Вашингтон». «Мы обязательно добьемся победы», — закончил он свою речь под бурные восторги собравшихся на площади сторонников.

В полночь Коштуница выступил по захваченному телевидению, сообщив, что санкции будут отменены в понедельник: это твердо обещала Франция. «Мы никогда не забудем агрессию НАТО, — сказал Коштуница, — но мы не можем постоянно плыть против течения». Коштуница выразил надежду, что Югославии удастся восстановить нормальные отношения со всем миром.

Западные лидеры поспешили заявить, что Милошевичу следует, наконец, смириться и уйти. Президент США Билл Клинтон, кроме всего прочего, сообщил, что поддерживает демонстрантов, но также объявил, что США «не намерено применять силу для разрешения югославского кризиса». Запад также призвал Россию признать победу «демократической оппозиции» Сербии на выборах.

Официально жертвами «бархатной» революции в Белграде стали два человека. В это время по всей Сербии громили местные комитеты Сербской социалистической партии и Югославских Объединенных Левых. Социалистов избивали, им угрожали, многим по телефону. В Крагуеваче десятерых социалистов связали и мучили несколько часов. Боевики из ДОС вломились в дом Живочина Стефановича, главу комитета соцпартии в Лесковаче. Они разграбили и уничтожили его имущество, а потом подожгли дом. Пока беснующиеся толпы переворачивали и поджигали полицейские машины, разрушали здания и избивали людей, Коштуница провозгласил: «В Сербии победила демократия. Коммунизм повержен. Это вопрос нескольких часов».

Утверждая свою демократичность, активисты ДОС систематически захватывали левые СМИ по всей Югославии. Их использовали для поддержки правых. Прежде богатая и разнообразная информационная культура, представляющая все политические взгляды, моментально превратилась в единообразие, дружно восхваляющее прозападный курс ДОС.

Вооруженные группы ДОС силой выгоняли руководителей государственных предприятий, университетов, банков и больниц по всей Сербии. Министров заставили подать в отставку, и ДОС назначила кризисный комитет исполнять функции правительства в обход парламента и правительства. Представители ДОС открыто угрожали эскалацией уличного насилия, чтобы вынудить сербский парламент согласится на досрочные выборы.

Западные официальные лица не скрывали своей радости. Американские и европейские корпорации начали спешно готовиться к приватизации югославских госпредприятий. Экономическая программа ДОС была составлена организаций под названием Группа 17 плюс. Их план — «Сербский проект», — призывал к быстрейшему переходу к полностью рыночной экономике. Сразу после переворота Европейский банк реконструкции и развития объявил об открытии отделения в Белграде. «Нам важно очутиться там поскорее», — объяснил представитель банка Джефф Хайдей. «Мы думаем, там будет много дел с приватизацией и реструктуризацией».

За несколько дней до переворота президент Милошевич предупредил, что ДОС – орудие натовских усилий по установлению неоколониального контроля над Югославией. Он указал, что соседние страны под западным диктатом «быстро обеднели так, что это лишает их надежды на более справедливое и гуманное общественное устройство», и что в Восточной Европе мы видим «всеобщее разделения на бедное большинство и богатое меньшинство». «Это все неизбежно произойдет и с нами»

В одиночку и в изоляции Югославия противостояла имперскому господству, выдерживая прозападный сепаратизм, санкции, войну и секретные операции. Против всякой вероятности, она оставалась независимой и поддерживала экономику с ведущей ролью общественной собственности. Мощнейшие государства планеты выступали против нее, и, все-таки, она продержалась более десяти лет. Переворот, поддержанный НАТО, уничтожил все это.

Одним из первых действий президента Коштуницы было присоединение к Пакту стабильности на Балканах. Его министр приватизации Александр Влахович объявил о предстоящей приватизации 7000 компаний. «Я ожидаю, что через четыре года общественная собственность на средства производства будет полностью уничтожена, — объяснил Влахович, — и что приватизация крупнейших компаний будет закончена». Миллионы долларов, которыми Запад осыпал руководство ДОС, в ближайшие годы принесут транснациональным корпорациям завидные дивиденды.

Использованы материалы статьи Григория Илича «Тайная война против Югославии», сообщения информационных агентств Рейтер, Ассошиэйтед Пресс и БиБиСи.

Источник

10 октября 2010 г.

Оставить комментарий


Управление
Свежие комментарии
Сообщения на форуме
Счетчик
Рейтинг@Mail.ru